12.10.2003

Шотландское предсказание

Был 1992 год. Нерушимый Союз формально распался, кое-где на просторах Родины уже стреляли из пушек. Свои по своим.

Я шел по узкой улице в портовой части Абердина. Низкое шотландское небо, липкий дождик, темные, как будто закопченные строения. Я еще не решил, что делать с этой новой, «свободной» жизнью. Пока меня устраивала возможность выезжать по краткосрочным грантам, возвращаться домой, и жить на остатки валюты до следующего гранта.
Меня окликнула женщина. Мятое лицо, неопрятная одежда, покачивается. Старая портовая проститутка?
« Дай закурить»
Молча, протягиваю пачку, берет три.
«А огоньку?»
Прикуривает, смотрит, щурясь от дыма, сейчас спросит что-нибудь еще.
«Который час?»
Отвечаю. Акцент выдает меня.
«Ты откуда?»
«СССР»
«Где это?»
«Россия»
Всматривается в меня, опять щурится и вдруг почти зло говорит-
«Не ври! Ты не русский. Ты бразилец!»
Смешной и странный, эпизод.

 На следующий день, в качестве шутки, я рассказал на лекции  об этой встрече. Посмеялись. После лекции ко мне подошел студент и без улыбки сказал:
«Как знать, профессор, а может вы и вправду уже бразилец».

Через пять лет, я летел  в Сан Пауло. Это был очередной грант, я не собирался застревать в Бразилии. Но, получилось иначе.

Неужели это старая абердинская ворона накаркала? А может быть действительно, видела мое будущее? Поговорить бы с ней тогда, расспросить, можно было бы что-то изменить.….

Здравствуй  Brasil!

Под крылом Ил-96 уже десять минут плыл «бетонный лес» Сан Пауло. Перелет из Москвы долгий и тяжелый. Самолет не дотягивает до бразильского берега без дозаправки, поэтому по дороге садились на Островах Зеленого Мыса - маленькие вулканические бугорки, строящие свой островной социализм. Позже Аэрофлот перенес эту посадку в Марокко, а затем вовсе перестал выполнять полеты в Бразилию. Огромный лайнер не заполнялся пассажирами и на десять процентов – рейсы были явно убыточными. Вообще-то Аэрофлот пользуется в мире дурной славой из-за слабой безопасности полетов и плохого обслуживания; не  помогала аэрофлоту и относительно низкая цена, иностранцы предпочитали заплатить лишнюю сотню долларов другим компаниям, но лететь надежно.
Приземлялись долго и грузно. На таможне и паспортном контроле никаких проблем не было. В обменной кассе превратили мои пятьсот долларов в реалы для ближайших расходов. Я отметил некоторую скованность в действиях и взглядах девицы в обменнике (причину понял позже).
От Сао-Пауло до города, где находился пригласивший нас университет, была еще не одна сотня километров. Мы решили не лететь туда, а проехать автобусом, чтобы поскорее увидеть большой кусок такой «заманчивой» Бразилии. Приехали на автовокзал и, используя мой слабый испанский язык, купили билеты на всю компанию. Нас было четверо. Помимо нас с женой приехала еще одна пара из Москвы – приглашение получили трое; моя жена въехала на правах члена семьи.   До автобуса оставалось несколько часов. Мы устроились на лавках в зале ожидания; «московская гостья» громко выражалась…по-русски (очень скоро мы узнали насколько это опасно).
--Прервусь и расскажу, как попадали в Бразилию советские ученые

В 94 году президентом Бразилии был избран Фернандо Кардозо университетский профессор (кажется, это был первый и единственный титулованный в науке президент Бразилии). Кардозо провел в жизнь план «Реал», остановил инфляцию, укрепил валюту, Бразилия начала смотреться в мире заманчивее и солиднее. В компании президента придумали, как, используя новую конъюнктуру (в том числе развал Союза), поднять внешние показатели хилой бразильской науки. Университетам было разрешено за государственный счет приглашать визитерами иностранных докторов наук. Срок гранта - два года с продлением, выдавались подъемные, платилась хорошая по бразильским меркам зарплата, которая из-за высокого тогда обменного курса реала была почти как в Европе. От приглашенного требовалось внести вклад в виде публикаций, чтения лекций и руководства аспирантами. Для приглашения достаточно было, чтобы какой-либо бразильский профессор послал небольшой проект и данные приглашаемого иностранца в бразильский Минобразования, после нескольких месяцев ожидания  грант, как правило, выдавался. Университетское руководство легко шло на подписание такого контракта, поскольку деньги на это уходили не из бюджета университета, а использовать их по другому назначению было нельзя. Об этой программе мало кто знал за пределами Бразилии. Приглашения происходили в основном на основе личного знакомства. Однако посольство  Бразилии в Москве все же вяло росуществляло эту программу на месте,  поэтому среди бывших советских ученых в Бразилии преобладали москвичи.
Я, как не москвич, ничего не знал о программе. Попал достаточно случайно. После ряда грантов в Европе и Америке вернулся домой и дожидался истечение срока, после которого мог бы вновь попытать судьбу в США. Кто знает, что такое «J1 exemption 287a», поймет, в чем дело. На родине моей зарплаты завлаба уже не хватало даже на покрытие коммунальных платежей. Я выживал за счет персональных грантов от иностранных фондов и, кроме этого, вел одну из программ мирового банка. Понимая, что все это ненадежно и завтра на кухне опять «загремят пустые кастрюли», решил попытать шанс в третьих странах, где можно было бы скоротать время до истечения срока статьи «287а». Разослал свой куррикулум  по университетам, где просматривалась моя специальность, и получил несколько положительных ответов. Среди них были и «веселые» - внутренние районы Нигерии, или верхнее течение Нила.  Обрадовался приглашению в Политехнический институт в Мехико (ближе к США), уже был выслан контракт, мы засобирались. И вдруг неожиданный звонок из Бразилии – платят больше, сулят еще больше. Выбор был сделан в пользу Бразилии – там океан сказала жена, едем туда. К тому времени я знал о Бразилии несколько больше чем герой  популярного в Союзе фильма «Здравствуйте, я ваша тетя», но не предполагал, как мало на самом деле я знаю……
-----------------------------------------------------------------------------
В автовокзале было душно, я разделся до рубашки, все документы и деньги переложил в сумку, которую не снимал с плеча, и вдобавок плотно прижимал рукой – привычка, выработанная с давних времен, после воровства портфеля с курсовой работой накануне ее защиты на 3-м курсе МГУ. Народец в автовокзале был преимущественно темноватый, не очень опрятно одетый. Мы заметно выделялись, к тому же московская дама по-прежнему издавала громкие звуки, заставляя людей оглядываться. Я отметил, что на соседней лавке слишком долго засиделась группка мулатов, и посматривали они на нас с наглым интересом. Однако меня это не очень беспокоило, по залу расхаживала парочка полицейских, да и я привык полагаться на свои сто килограмм и два метра.
Подошло время посадки в автобус. Сдали багаж. Вошли в салон и заняли места. Вход в автобус проводился строго по билетам, и с предъявлением паспорта (такие правила для поездок между бразильскими штатами), рядом маячит полицейский. В салоне стюардесса раздает пассажирам  конфетки. Полный порядок, мы под охраной. Сумку никак не пристроить в ногах (вечная моя проблема, всегда мало место в транспорте). Расслабился, сумку кладу на полку над головой. Все под контролем! Подходит стюардесса и высыпает мне в ладони горсть леденцов, но как бы неловко просыпает мимо. Я машинально нагибаюсь, подбираю конфеты. В салоне автобуса гаснет и через полминуты вновь включается свет. Затылком чувствую – что-то тут не так. Вскакиваю за сумкой. Сумки нет!
------------------------Здравствуй Brasil!!
В следующее мгновение я бросаюсь к выходу из автобуса. Водитель хватает за рубашку, не пускает. Вырываюсь, но попадаю в руки полицейскому, отбиваюсь от него и выскакиваю на перрон. На перроне пусто.
Пытаюсь объясниться с полицейским,  мой испанский ему не понятен, английский не знает. Пассажиры начинают догадываться, что произошло что-то необычное…. Нашлась девочка студентка, знающая английский. Спасибо ей, без нее совсем бы пропал.
Багаж выгрузили, автобус ушел без нас, а меня повели в полицейский участок. Еще раз спасибо девочке-студентке. Не составь мы тогда протокол о пропаже документов, проблем было бы еще больше. Протокол составляли долго, еще дольше печатали на разбитой машинке. Я начал подозревать, что дело  затягивается намеренно. Спросил у девочки – может быть они ждут взятку? Нет, ни в коем случае – был ее ответ. Прожив в Бразилии не один год, я понял, что тот протокол по бразильским меркам составлялся невероятно быстро.
Мои потери были шокирующими и включали абсолютно все документы удостоверяющие мою личность. Помимо паспортов я лишился оригиналов всех дипломов об образовании и научных степеней и званий. Там же были водительские права, обратные билеты на Москву (мы собирались через полгода навестить родину), свидетельство о браке, американские ID, банковская карта и чековые книжки, вся наличность в долларах,  второстепенные документы и многое другое что, как мне сказали, потребуется  в Бразилии. В нагрудном кармане рубашки остался только посадочный талон Шереметьева. На восстановление документов ушло 6 лет – только недавно я получил дубликат последнего диплома ВАКа.
Нас посадили на следующий рейс автобуса, и мы двинулись к месту назначения. Жена плакала, особенно ее удручала пропажа свидетельства о браке – я ее убеждал, что прочность наших отношений обеспечивается не этой бумагой. Сам же, немного придя в себя от шока, начал понимать, что же произошло. Меня «вели» и вероятно передавали «с рук на руки» от самого аэропорта с момента обмена денег (охотились именно за моей сумкой, а не московского спутника, который денег не менял, а взял  у меня взаймы). Кассирша в автовокзале сообщила кому нужно о нашем рейсе. Водитель, стюардесса (проехав уже тысячи километров на бразильских автобусах, никогда больше не видел раздач  леденцов) и полицейский (также никогда и нигде больше не встречал полицейского дежурящего у дверей автобуса) работали, очевидно, в общей команде. Но самое замечательное - подозреваю, что сумку мою, скорее всего, и не выносили из автобуса, вор остался в салоне – хороший психологический расчет, ну а полицейский меня увел подальше от сумки…… в полицейский участок.

Автобус катил по стране, жена плакала, а я уже понимал, что последствия кражи будут многолетними и очень болезненными.